Бизнес

5 апреля 2026 года стал для российского нефтегазового бизнеса днем, когда сразу несколько фронтов — ценовой, инфраструктурный и геополитический — сошлись в одной точке.

Мировые нефтяные рынки пришли к пониманию, что перебои в поставках энергоносителей из стран Персидского залива могут принять затяжной характер. Об этом 13 марта сообщила The Wall Street Journal со ссылкой на свои источники.

Минфин США 12 марта выдал генеральную лицензию, разрешающую покупку, доставку и разгрузку российской нефти и нефтепродуктов, которые уже находились на танкерах по состоянию на 12 марта.

11 марта компания Shell объявила форс-мажор по поставкам сжиженного природного газа, который она закупает у QatarEnergy и перепродает клиентам по всему миру. Об этом сообщило агентство Reuters со ссылкой на источники в отрасли.

Январь 2026 года стал для российского нефтегазового бизнеса месяцем удивительных контрастов. Доходы бюджета от отрасли рухнули вдвое — до минимума с пандемийного 2020 года, налоговые поступления сократились в 2,5 раза, а дисконт на Urals взлетел до $29 за баррель.

Начало 2025 года стало для российского нефтегазового сектора временем не только ценовых колебаний и санкционных ударов, но и масштабного передела активов.

Администрация Дональда Трампа 9 апреля 2025 года расширила санкции против российского нефтегазового сектора, включив в черный список структуры, связанные с крупнейшими нефтяными компаниями РФ — «Роснефть» и «ЛУКОЙЛ».

Россия окончательно развернула нефтяной экспорт с Запада на Восток. По итогам 2025 года доля поставок в Китай и Индию достигла 80% от общего объема. Европа, еще недавно бывшая основным рынком сбыта,

Для российского нефтегазового бизнеса 2025 год ознаменовался переходом на новую общую ставку налога на прибыль и завершением ключевых этапов расширения экспорта в Азию. Компании сектора сосредоточились на операционной эффективности в условиях высокой стоимости заемного капитала.

Начало 2024 года стало для российского нефтегазового бизнеса временем жесткой проверки на прочность. Санкции США ударили по СПГ-проектам, атаки дронов выводили из строя НПЗ, а добыча нефти сокращалась под давлением сделки ОПЕК+.